- Вы  очень  добры,  Энтони...-  Грудной  голос   Шарлотты

Скурос,  ее медленная речь с едва заметным иностранным акцентом

очень естественно сочетались с ее усталой, извиняющейся улыбкой

и тенями под глазами.- Но я никогда не устаю. Правда. Вы знаете

это.

     - Даже в подобной компании?  - Улыбка Скуроса была широкой

как никогда.- На  борту  у  Скуроса  вблизи  Западных  островов

вместо  круиза  по Леванту с вашими любимчиками голубых кровей?

Возьмите хотя бы Дольмана.- Он указал на сидящего рядом  с  ним

высокого тощего типа с редкими темными волосами, с залысинами -

тот выглядел так,  словно забыл вовремя побриться. Джон Дольман

был управляющим пароходной компании Скуроса.- Эй,  Джон, как вы

считаете - сможете вы заменить юного  виконта  Хорли?  Того,  у

которого в голове опилки, зато в банке пятнадцать миллионов?

     - Боюсь, что с трудом, сэр Энтони.- Дольман держался столь

же  корректно,  как  и  сам  Скурос,  что особенно подчеркивало

дикость всего происходящего.- С большим трудом. Я привык больше

работать  головой  и у меня нет таких денег.  Кроме того,  я не

мастер поддерживать светскую беседу.

     - Да,  молодой  Хорли  был  душой  общества,  не  так  ли?

Особенно,  когда меня не было  поблизости,-  задумчиво  добавил

Скурос.- Он посмотрел на меня: - Вы знали его, мистер Петерсон?

     - Я слышал о нем.  Я ведь не вращаюсь в этих  кругах,  сэр

Энтони.- Я был сама учтивость.

     - Хм.- Скурос насмешливо посмотрел на двух мужчин, сидящих

подле меня.  Один из них,  весельчак с хорошей англо-саксонской

фамилией Лаворски,  большеглазый,  громогласный,  с неистощимым

запасом  весьма  рискованных анекдотов,  был,  как мне сказали,

бухгалтером  и  финансовым  советником.  Никогда  не   встречал

человека менее похожего на бухгалтера и финансового советника -

может быть,  именно это и помогало ему  преуспевать.  Другой  -

средних лет, лысый, с лицом сфинкса, с лихо закрученными усами,

которые так и просили для полноты картины  шляпу-котелок,-  был

лорд Чернли,  вынужденный,  несмотря на свой титул,  заниматься

маклерством в Сити,  чтобы сводить концы с концами.- А  как  вы

оцениваете  этих  наших  добрых  друзей,  Шарлотта?  - Еще одна

широкая улыбка, адресованная жене.

     - Боюсь,  что не понимаю вас.- Шарлотта Скурос смотрела на

мужа без улыбки.

     - Ну-ну, вы все, конечно, понимаете. Я говорю о той жалкой

компании,  которую  я  собрал  здесь  для   столь   молодой   и

привлекательной  женщины,  как вы.- Он посмотрел на Ханслетта.-

Она ведь молодая и привлекательная женщина,  не так ли,  мистер

Ханслетт?

     - Миссис Скурос никогда  не  будет  старым.  Что  касается

привлекательности,  то  это  излишне и обсуждать.  Для десятков

миллионов мужчин-европейцев - и для меня в том числе  -  миссис

Скурос была самой привлекательной актрисой своего времени. Если

бы у меня в руках была шпага и я имел бы на  то  полномочия,  я

тут же произвел бы Ханслетта в рыцари,  Разумеется, после того,

как проткнул ею Скуроса.

     - Времена  рыцарства  еще не прошли,- улыбнулся Скурос.  Я

заметил,  что,  кроме нас, еще двое чувствовали себя неудобно в

своих креслах: Генри Бискарт, банкир с голым черепом и козлиной

бородкой,  н высокий грубоватый шотландец -  адвокат  по  имени

Мак-Каллэм. Да и остальным было неловко, но Скурос продолжал: -

Я только хотел сказать, дорогая, что Чернли и Лаворски - плохая

замена той блестящей молодежи,  что составляла вашу свиту. Этот

нефтепромышленник из Штатов...  Или До-менико - испанский граф,

да  еще  и  астроном-любитель.  Тот,  что  обычно уводил вас на

корму,  чтобы показывать звезды над Эгейским морем.-  Он  снова

посмотрел  на Чернли и Лаворски.- Мне очень жаль,  джентльмены,

но я бы не советовал вам так поступать.

     - Не  помню,  чтобы  я позволил себе такое,- учтиво сказал

Лаворсхи.- У Чернли и у  меня  есть  своя  прииципы.  Однако  я

что-то давно не видел юного Доменко...- Он хорошо понимал,  кто

платит ему жалованье, этот Лаворски, и научился высказываться к

месту.

     - И не увидите его в дальнейшем,- угрюмо  сказал  Скурос.-

По  крайней мере на моей яхте или у меня дома.  И вообще вблизи

моей собственности.  Я предупредил  его,  что  узнаю  цвет  его

благородной  кастильской крови,  если он снова попадется мне на

глаза. Я должен извиниться, что упомянул имя этого пустозвона в

вашем  разговоре...  Мистер  Ханслетт,  мистер  Петерсоа,  ваши

стаканы пусты.

     - Благодарю   вас,   сэр   Энтони.  Мы  получили  истинное

удовольствие...- Старый  дурах  Калверт  был  слишком  искушен,

чтобы  не  понимать,  что  последует  дальше.-  Ыы бы предпочли

вернуться.  К вечеру стала портиться погода,  и мы с Ханслеттом

думаем  перевести  "Файркрест"  под  прикрытие острова Гарв.- Я

выглянул в иллюминатор,  подняв  одну  из  парчовых  занавесей.

Чувствовалось,  какая  она  тяжелая:  она  могла  держаться под

собственным  весом,  без  фиксаторов.-  Мы   нарочно   оставили

включенными огни на палубе и в каюте.  Чтобы заметить, если нас

начнет сносить. За ночь нас протащило довольно далеко.